12.01.2021

Круглый стол и панельная дискуссия «Новый российский региональный протест»

16 декабря 2020 г. Фонд Бориса Немцова за Свободу совместно с Фондом Демократического Развития провели онлайн-дискуссию, посвященную российским региональным протестам последних нескольких лет. В качестве спикеров мероприятия выступили региональные активисты и эксперты: Григорий Юдин, Мария Снеговая и Сесиль Вессье.

Беларусь и Хабаровск

Одной из главных тем круглого стола стали события в Беларуси и их влияние на российское общество. Так, рассуждая об общественных настроениях в российских регионах, активист из Твери Артем Важенков указывает на важную роль протестов в Хабаровске и Беларуси: «Основные точки напряжения, которые у нас стали возникать – это, как ни странно, точки вокруг строительства инфраструктурных объектов. Там люди протестуют, потому что собираются сносить их дома. Когда я наблюдал за тем, что происходит, люди на собраниях поселковых районов говорили: “А мы будем как в Хабаровске! А мы будем себя вести как в Беларуси!” То есть переоценить влияние этих двух явлений, как протесты в Минске и протесты в Хабаровске просто невозможно и этот процесс будет нарастать».

Хабаровск за эти полгода прожил опыт, который российская оппозиция проживала с первых «Маршей несогласных». А обычный хабаровский житель, который не был вовлечен в политику, этот опыт прожил в течение полугода

Похожие настроения у себя в регионе отмечает и координатор штаба Навального в Иркутске Сергей Беспалов: «Мы в шутку говорим, что Иркутск теперь маленький и провинциальный город между крупными политическими центрами: Хабаровском и Минском. Люди действительно говорят: вот смотрите, в Хабаровске ходят, в Минске беларусы партизанят, а мы что-то за свои права не можем собраться уже полгода. При том, что в общем ничто особо не мешает. И вот это какое-то новое настроение, которого раньше не было, потому что наш город всегда был очень легким на подъем». Аналогичные тенденции видит и профессор «Шанинки» Григорий Юдин: «Мы в прошлом году делали по заказу Фонда Немцова исследование молодых групп и в том числе смотрели на Беларусь. Это вообще была единственная страна, где с нами не хотели говорить о политике в принципе. Но при этом было видно, что молодые группы живут в другой вселенной, чем Лукашенко. Они живут другими заботами, у них совершенно другие интересы, они совершенно по-другому себе представляют социальную жизнь, у них другой образ общества в голове. И потихонечку это и в России возникает».

Москва и регионы

Тема взаимоотношений федерального центра и регионов также обсуждалась участниками дискуссии. Активист движения «Stop Шиес!» Дмитрий Секушин говорит: «Если мы задумаемся, что дает Архангельская область России и что она получает взамен, то это совершенно несопоставимые вещи. У нас массово вывозится лес, у нас происходит добыча алмазов, но это небольшая часть. Самое главное – у нас испытывается ядерное оружие. Все вы помните Неноксу, все вы помните ту трагедию, которая произошла 8 августа. Это могло быть вторым Чернобылем. То есть мы живем на пороховой бочке. У нас производятся запуски космических аппаратов в Плесецке. В любой цивилизованной и нормальной стране Архангельская область получала бы гигантские компенсации».

Регионы ненавидят Москву. Но вы должны понимать, что это не отношение к москвичам. Это отношение к людям, которые управляют страной и Москвой. Поскольку и те, и другие наплевательски относятся к жителям Архангельской области

Недовольство политикой федеральной власти подтверждает и екатеринбурженка Полина Грейсман: «В Екатеринбурге никогда никому не нравилось насаждение московских идей. И тут нужно отдать должное международным СМИ, которые освещали проблемы города. Только после выхода наших протестов на международный уровень, Владимир Владимирович Путин сказал, что надо, наверное, как-то проблему решать. И сейчас каждое распоряжение из Москвы в Екатеринбурге воспринимается максимально остро. То есть любой екатеринбуржец после этой истории со сквером воспринимает себя, свой город, свой регион, как нечто суверенное».

Перспективы протеста

«Уличная фаза переживает сейчас такой сложный период, когда любой человек понимает, что реально уже легко попасться. Много людей, которые уже ходили и были готовы что-то делать, но мы сейчас находимся в состоянии поиска новых ипостасей, новых путей этого протеста. Потому что потенциал реально огромный. Люди продолжают кипеть и это котел», – говорит Алексей Ворсин, координатор штаба Навального в Хабаровске.

По мнению Марии Снеговой перспективы протеста во многом будут зависеть и от экономической ситуации в стране: «Наш режим неопатримониальный. Он очень вертикально ориентирован на верховного лидера, и поддержка осуществляется за счет перераспределения ренты, которую Путин спускает вниз своим группам. Это значит, что очень и очень болезненной оказывается экономическая стагнация. К сожалению для россиян, наибольшее число параллелей нашей системе мы находим сейчас в африканских режимах, это даже уже не Латинская Америка. И вот с Кириллом Роговым мы сейчас как раз пишем сравнительную работу по транзитам, которые происходят в африканских режимах и на постсоветском пространстве. Там очень много параллелей и вот что можно сказать точно: когда затяжная экономическая стагнация, которая очень сильно против власти настраивает регионы, сочетается с политической, оппозиционной, демократической повесткой центров и столиц, вот тогда в этих странах происходит качественный переход».

Триггеры на самом деле непредсказуемы, иначе они не были бы триггерами. Поэтому в общем-то бессмысленно гадать, что будет триггером. И не важно, что конкретно им станет, а важно, что ситуация нагрета. Поэтому нужно говорить про фон. Он важнее, чем триггер

Подводя итог, Г. Юдин отмечает: «Уровень пассивности сейчас очень высокий. В том числе в молодых группах, тут не нужно себя обманывать. И это как раз те группы, которые в наибольшей степени деполитизированы и вообще не хотят с политикой иметь ничего общего. Другое дело, что для того, чтобы разгорелось пламя, нужна очень небольшая искра. Достаточно небольшой мобилизации, как мы опять же видим в 2019 году, чтобы ситуация быстро очень начала масштабироваться.  Для этого, в принципе, условия есть».

Роман Узбеков