Премия Бориса Немцова 2017: выступление Владимира Ашуркова

Владимир Ашурков представлял на церемонии Алексея Навального, который не смог приехать.


Фото Павла Елизарова

Я рад оказаться сегодня здесь по приглашению Фонда Немцова, в этой прекрасной компании единомышленников, неравнодушных людей, болеющих за Россию. Конечно, на этой трибуне сегодня вместо меня должен был бы быть Алексей Навальный. Но вы все знаете, что он – один из организаторов массовых акций, которые прошли сегодня более чем в 200 городах России. Вы также знаете, что он, как и сотни других людей по всей стране, сегодня был задержан, и пока непонятно, чем кончится это задержание. Поэтому сегодня его придется представлять мне.

Все и каждый из номинантов заслуживают этой премии, тут не может быть сомнений. При этом нужно помнить, что это не соревнование и не состязание. Попадание в финал и присуждение премии ‒ это признание того факта, что деятельность этих людей, их ценности и их мотивы созвучны чаяньям большого количества граждан, которым будущее страны небезразлично. А еще это признание, что номинанты – и лауреат премии Ильдар Дадин ‒ воплощают в жизнь миссию Фонда: смело отстаивать демократические ценности.

Каждый из сегодняшних номинантов представляет какой-то из фронтов, аспектов этой борьбы, каждый по-своему делает вклад в одно большое демократическое дело:

Ильдар Дадин выходит на одиночные пикеты и показывает своим примером, что один в поле может быть воином, хоть это адски тяжело и опасно.

Максим Лосев организовывал антикоррупционный митинг в своем городе и прямо в школе столкнулся с работой репрессивной машины.

Зоя Светова ‒ правозащитница и журналистка, борется за свободу слова и информации, без которых невозможно справедливое демократическое общество.

Сергей Мохнаткин ‒ правозащитник, журналист, дважды политический заключенный, не признавший за собою вины, несмотря ни на что.

Алексей Навальный, которого я здесь представляю, ‒ политик, который, несмотря на все усилия власти, угрозы свободе и здоровью, отстаивает принципы демократии и гражданского общества. Он, вместе с той командой, которая сформировалась вокруг него, пытается найти политическое и гражданское выражение надеждам миллионов россиян на прозрачное, справедливое государство без коррупции. Как и сегодня в Москве, он часто находится на переднем рубеже борьбы за гражданские и политические права в России, и дорого за это платит. Номинация Навального – знак большого доверия, знак, что все эти годы работы, бесконечные суды, массовые акции ‒ что все это не просто так, что мы движемся в верном направлении.

Все сегодняшние номинанты – герои, потому что за каждым и каждой из них стоят тысячи и десятки тысяч сограждан, которые хотят того же и в то же верят. В голосовании за финалистов поучаствовало более 12 тысяч человек. Каждый голос за каждого номинанта значит, что всё было не зря. Что есть поддержка, есть вера в этих удивительных по силе духа людей, и что им благодарны. В конечном счете, важна ведь не сама статуэтка, не денежная премия. Самое важное ‒ это сопереживающие и благодарные голоса за каждого из номинантов.

Есть большой соблазн сказать, что Премия Бориса Немцова ‒ это премия за гражданское мученичество, мученичество за демократию. Эти слова страшно произносить и страшно думать. Страшно представить, что с каждым, кто смеет поднять голову и выйти на площадь, может произойти то, что произошло с Ильдаром Дадиным – уголовное дело по антиконституционной статье, суд, тюремный срок, пытки, унижения. Но мы видели, что система подавления, раз за разом ударяясь об Ильдара, в конце концов надломилась: Конституционный суд признал приговор недействительным, Ильдара отпустили, присудили компенсацию. Система сломалась не о мученичество, а о стойкость и общественную поддержку, как будто ужаснувшись сама себе. Ильдар показал, что обычный человек может быть камнем, ломающим шестеренку репрессивной машины.

Борис Немцов говорил когда-то, что в России «профицит рабства и дефицит свободы». В сердцах номинантов ‒ Зои Световой, Максима Лосева, Сергея Мохнаткина, Алексея Навального и, конечно, нынешнего лауреата Ильдара Дадина ‒ внутренней свободы огромное количество, и я благодарен за то, что они готовы ею делиться со всеми нами, несмотря ни на что, как это делал Борис Немцов. Спасибо!